Интервью с руководителем профиля «Саунд-арт и саунд-дизайн» Андриешем Гандрабуром

В Школе дизайна открывается бакалавриат по направлению «Саунд-арт и саунд-дизайн». Мы поговорили с руководителем бакалаврского профиля — музыкальным продюсером, композитором, музыкантом, основателем школы музыкального продюсирования DOS Андриешем Гандрабуром. 

Публикуем небольшое видео-интервью, а также развернутое текстовое интервью, в котором Андриеш рассказал о проектах, над которыми будут работать студенты профиля, возможностях трудоустройства для специалистов в области звука, а также поговорил об актуальных тенденциях мировой и российской музыкальной индустрии.



В этом году в Школе дизайна открывается бакалаврский профиль «Саунд-арт и саунд-дизайн». Корректно ли назвать его первым в России академическим бакалавриатом по этому направлению? Почему раньше такого не было и что изменилось?

Стечение обстоятельств – один из первых факторов. Все подвело к тому, что сейчас мы действительно открываем первый бакалавриат, первое высшее образование, связанное с музыкальным продакшном электронной, живой, классической и новоакадемической музыки. Мы все знаем консерваторию, которая дает образование в области классической музыки, существует высшее образование в сфере звукорежиссуры и киномузыки, но продюсирование и электронная музыка всегда были аутсайдерами в этом смысле. Так что открытие бакалавриата «Саунд-арт и саунд-дизайн» — исторический факт, взрывная новость.

Можно говорить о том, что сегодня у профессионалов, которые работают со звуком, есть потребность в комплексном образовании, включающем и эстетику, и теорию, и практику. Как организаторы образования мы чувствуем и слышим эти запросы.

Например, продюсер с опытом, которому постоянно приходят новые запросы, боится за них браться, потому что многого не знает, и у него нет шансов получить профильные или актуальные знания нигде, кроме как за границей. Последние пять лет недостаток этих знаний очень четко прослеживается, поэтому нужна институция, которая будет помогать людям получать профессиональные знания, находить вход в индустрию и сообщество.

Вы говорите о продюсерах, но я правильно понимаю, что есть целый круг других профессий, в которых могут состояться выпускники?

Да, я говорю «продюсер» скорее в американском понимании профессии — человек, который может все. У него отличное образование, он может и партитуру написать как композитор, и сыграть ее как исполнитель, записать и свести музыку как инженер, плюс управлять музыкальными проектами как куратор. Мы будем учить продюсеров и со своим стилем, чтобы каждый выпускник вышел из Школы художником. Наш образовательный подход завязан на воспитании собственной индивидуальности, на понимании современных контекстов, и работе с новыми инструментами и технологиями, чтобы каждый студент мог выдать уникальный продукт.

Таким образом, наш выпускник — с одной стороны, артист и художник, а с другой — очень классный менеджер, который все умеет и обладает всеми техническими возможностями? Реально ли подготовить такого профессионала?

У нас проектно-ориентированное образование. Это значит, что студенты будут каждый модуль делать конкретные проекты, а все, что нужно для того, чтобы создать проект, — узнавать в процессе обучения, а не наоборот: учить какую-то отвлеченную теорию, а потом непонятно как ее применять. Все проекты делятся на четыре части: кураторские, художественные, продюсерские и авторские.

Автор — это собственное творчество, когда студент сам придумывает концепции и идеи для своего проекта. Художник — это инсталляции, перформанс или медиа-искусство, создание конкретных объектов. Куратор – это теоретик, организатор, менеджер и даже бизнесмен, он должен понимать, как работает индустрия, как работает рынок, какие культурологические аспекты надо учитывать при подготовке любого проекта, даже собственного альбома.

Мы воспринимаем обучение как движение любого произведения. Вот появилась идея произведения, но в отрыве от индустрии и контекстов с ней будет сложно что-то сделать. Потенциал развития есть у идей, которые появляются не на основе исключительно индивидуальности, но на основе индивидуальности и знаний, и понимания истории и контекстов. Автор создает идею, потом она переходит к продюсеру, который думает о том, как превратить ее в продукт — в выступление или выставку. В качестве исполнителя воплощает проект уже художник. И кто-то должен это все организовать: описать, манифестировать — этим уже занимается куратор. Соответственно, мы выпускаем людей-алмазов, которые умеют все. Но естественно, в какой-то момент они будут выбирать, что из этих четырех направлений им ближе и давить именно на него. А наша задача — предоставить им необходимые возможности и знания.

Конечно, все эти профессии — смежные друг с другом, но мы живем в таком мире, где человек сам может написать альбом, нарисовать для него обложку, организовать выступление и сам же и выступить. Поэтому ему необходимо знать все. Сейчас очень много профессионалов так живут: они сами по себе лейблы, поэтому не зависят от крупных компаний. Он сам занимается собственным маркетингом, сам себе эсэмэмщик и дизайнер, сам делает себе видео, сам выступает и так далее. И чем больше будет таких навыков, тем он будет полезнее для мира – и для профессии, и для слушателей, потребителей контента.
Наш условный выпускник продюсирует хип-хоп, создает инсталляции, ходит на концерты современной академической музыки, и от всего этого кайфует, потому что понимает, как что работает, знает историю создания всего.

Вы уже думали о том, что станет дипломной работой?

Диплом – это именно такой комплексный проект. Комплексный — во всех смыслах слова: сначала студент как автор подготавливает проект собственной идеи, где все описано: почему, зачем, в чем смысл, концепция. По формату это может быть все, что студенту захочется: альбом, кино, игра или что-то еще.  Потом он как продюсер описывает план производства — буквально все, вплоть до бюджета музыкантов, а также продюсирует проект. Затем нужно будет представить мультиформатный предмет искусства — необходимо сделать несколько форматов — например, альбом, выставку, приложение, сайт и так далее. Все это студент делает сам, не забывая про продвижение и паблишинг проекта. Таким образом, выпускник выходит из Школы с осмысленным, четким, комплексным продуктом – своим дипломом, который сразу инсталлирует его в профессиональный мир, в индустрию, в рынок.

То есть студент физически выпускает этот проект?

Да, последний год он делает его поэтапно, проходя все стадии: автор, продюсер, художник, куратор. Конечно, мы с ним все проговорим, у каждого будет время сосредоточиться на проекте и понять, что плохо и что хорошо, проделать умственную работу, кучу гипотез выдвинуть и защитить их перед другими кураторами. Мы очень заморачиваемся по поводу собственного «я» в художнике и, конечно, будем заморачиваться по поводу качества воплощения того, что он будет придумывать.



Насколько такой супер-человек будет востребован? Где он сможет работать?

Во-первых, он сразу во время обучения попадает на концертные площадки. А это работает по принципу снежного кома: если не останавливаться, то тебя приглашают опять и опять, и дальше выпускник будет выступать как артист, и это его хлеб, в любом случае.

Кроме этого, существует огромное количество должностей и профессий. Только представьте: все, что мы слышим в кино, – это звук. Теперь представьте все развлечения — они всегда связаны со звуком. Представьте любой продукт. Например, машина — у нее внутри озвученный интерфейс, у ее сигнализации есть звук, а кроме этого джингл, айдентика, ролики, ивенты, связанные с продвижением продукта. На все это нужна профессиональная экспертиза. Всегда есть отдельный специалист, который производит это и следит за тем, чтобы все было как нужно.

Мы живем в невероятное время, когда человечество пришло к тому, что нужно создавать много классических инструментов — как в средние века. Это сейчас скрипки и контрабасы мы воспринимаем как нормальные, даже классические вещи, а тогда это было что-то из будущего, невероятно сложное по форме и обладающее совершенно новым звуком! Немногие в курсе, но сейчас музыкальных инструментов производится такое количество, как никогда за все существование человека. Каждый день появляются новые музыкальные девайсы. Я подписан на несколько каналов, которые следят за этим — это кажется нереальным, но каждый день какая-то новая штука выходит. И этим кто-то занимается, этим кто-то зарабатывает. Еще во время обучения мы создадим несколько инструментов: руками спаяем, запрограммируем, и музыканты будут ими пользоваться.

Выпускник может пойти в кино. Обратите внимание, на то как много в титрах людей, который занимались звуком и музыкой. И это разнообразные профессии.  Кто-то, например, захочет стать фоли-артистом — «шумовиком», который создает всю акустическую атмосферу фильма — шуршит одеждой в микрофон, стучит ложками, звенит цепями, это тоже искусство.

Если студент выберет путь артиста, то это вообще гигантское поле профессий: медиахудожник, музыкант, исполнитель, продюсер, который может продюсировать и себя, и других, работать на рекламные агентства, на студии гейм-дизайна, которые кстати тоже сейчас переживают смену формата из-за появления гаджетов и, соответственно, кросс-платформенных игр. Музыку и звук в компьютерных играх производить намного сложнее, чем в кино, потому что в игре все время что-то происходит, очень многое завязано на программировании и движке. Так что нужен не только эстетически, но технически и инженерно подкованный человек.

В будущем профессий, связанных со звуком, станет все больше и больше, это мега-востребовано сейчас как в России, так и за рубежом, поэтому начали появляться университеты с саунд-артом и саунд-дизайном в Америке, Англии, Франции, Испании. Мы ориентируемся на Берлинский университет искусств (Германия) и Пекский университет (Венгрия).

Для того, чтобы такого чудо-человека создать, нужно много совершенно разных профессионалов. Расскажите о своей команде — кто будет преподавать.

Мы стараемся сделать так, чтобы все наши преподаватели горели образованием — не просто обладали бы знаниями и навыками, но и умели преподносить свои знания и очень хотели бы ими делиться. В основном, все эти люди — художники-авторы. Например, Илья Мазаев — звукорежиссер, он сводил очень много классных групп, очень технически подкованный человек, знает все про звук, про сведение, про оборудование и с удовольствием это рассказывает, передает свой опыт. К тому же, он музыкант и увлекается сборкой модульных синтезаторов. Это делает его уникальным, потому что, если он сводит материал — даже чужой, то для него это не ремесло, а искусство. Мы очень хотим, чтобы человек, которого мы учим, воспринимал ремесло как искусство. Это такая азиатская философия, когда ты можешь шить сапоги или рубить дерево, но относиться к этому, как к своему искусству. Собственно, в китайском языке и философии есть слово «гунфу», которое в кинематографе прочитывается как кунг-фу и означает «искусство твоего дела». Если ты звукорежиссер, ты это делаешь супер-круто не потому, что ты стремишься соответствовать индустриальным стандартам, а потому, что ты – автор, внутри тебя сидит искусный художник. Таких людей мы и набираем в команду.

Лера Коган, например, будет преподавать вокал и сценическое движение. Она — театральный режиссер, она же композитор, она же исполнитель, она поет и играет — ее скиллы развиты в разные музыкальные стороны. Нам важно, чтобы студенты вдохновлялись преподавателями, чтобы тянулись за ними. Мы надеемся, что у нас не будет разных уровней в общении со студентами — мы будем учиться у них, они — у нас. Мы – одна команда, которая исследует звук и музыку, то, что происходит, и как с этим быть.

Естественно, преподавательский состав зависит от знаний, которые мы хотим передать студентам — это три больших области знаний, три мира, которые до этого никогда не пересекались: академическое знание, современное искусство и технологии, а также продюсерское мастерство.

Влад Тарнопольский преподает в консерватории, он и его коллеги будут преподавать классическую и современную академическую музыку, теорию и историю. Сергей Касич — основатель, наверное, всего осмысленного, что происходит сейчас в российском саунд-искусстве. Он создал несколько фестивалей и сообществ разнообразной формы, он объездил весь мир со своими художественными и коммерческими инсталляциями. Он — идеальный пример человека, который и зарабатывает, и теоретизирует, и исследует. Я не видел, кажется, преподавателя идеальнее, чем продюсер Андрей Рыжков. Он так разговаривает, так подает материал, так структурирует, что все становится понятно и очевидно, плюс он самый практикующий продюсер из тех, кого я знаю: он постоянно в заказах, в проектах, в общем, идеальный преподаватель. Еще один преподаватель — живая легенда Александр Потехин aka Lazyfish. Кроме того, что он музыкальный продюсер, выпускавший свои произведения на немецком виниловом лейбле Trapez тогда, когда мы все еще только учились музыку писать, он также дизайнер и разработчик компании Native Instruments. В начале 2000-х Александр напрограммировал инструментальные патчи, поклонниками которых были Depeche Mode, Bjork и совсем зафанател Aphex Twin. С тех пор Lazyfish создает музыкальные инструменты для NI Reaktor и причастен к созданию модульной синтезаторной среды Reaktor Blocks. Вместе с Александром студенты создадут инструменты, которые выйдут официальным релизом в Native Instruments, а это извините, уже не шутки. 

Так что у нас будет много интересных преподавателей, а кроме них мы будем многих авторов, продюсеров, кураторов приглашать на мастер-классы и семинары для того, чтобы показать разные подходы и методы, чтобы каждый студент мог расширить свой кругозор, узнать, что сколько людей — столько и мнений, чтобы он мог познакомиться с разными профессионалами индустрии, чтобы он понял, что в нашей среде очень много участников с разнообразной экспертизой и очень много разных видов деятельности.

Расскажите немного о себе: как вы учились музыке и как развивалась ваша карьера?

Я музыкант-самоучка, ходил в музыкальную школу играть на скрипке, но это не считается. Проблема нашего музыкального образования в том, что оно только классическое и только исполнительское. В детстве ты ненавидишь инструмент, ненавидишь теорию — это все превращается в страшную «заставляловку», как в армию ходить. Я не любил музыкальную школу, своего преподавателя и свою скрипку — бросил с удовольствием, а потом в какой-то момент папа принес мне гитару и молча поставил ее в углу. Страшная ленинградская акустическая гитара, на которой я стал играть блюз и рок-н-ролл, потом участвовал в разнообразных альтернативных и панк-группах. Когда я дошел до создания собственной музыкальной группы, то мне хотелось сразу рассказать музыкантам, что нужно играть — без мучительных репетиций, и я начал осваивать программу, чтобы сразу показывать им музыку. И меня осенило, что я могу создавать музыку сам, что мне не нужен коллектив для того, чтобы играть электронную музыку. Я стал ею увлекаться, у меня внезапно появилась работа, которая ознаменовала меня и мой стиль — меня пригласили писать саундтрек к игре «Мор. Утопия», которая стала культовой. Ее создатель Николай Дыбовский, кстати, тоже преподает в Школе дизайна на профиле «Гейм-дизайн и виртуальная реальность». Тогда мы с ним много спорили: он говорил «живые звуки, атмосфера», я говорил: «эмбиент, дарк, электронная музыка». Если бы тогда у меня была экспертиза и знания, я бы смог доказать свою точку зрения, но их, к сожалению, не было, и он очень много моих набросков отметал. Но в итоге, хотя он, может быть, и не знает об этом, я пошел на, так скажем, хитрость. Когда начались релизы альфа-версии, бета-версии, я стал подбрасывать техническому директору отмененные Дыбовским треки, и они вставали в игру. Самому Дыбовскому в этот момент уже было не до музыки, поэтому очень много треков пролезло все-таки тогда в релиз, и, как ни странно, они оказались самыми популярными, они как раз и создали знаменитую тягостную, страшную атмосферу этой игры. До сих пор, когда я открываю мессенджер, то, как минимум, раз в неделю вижу какое-нибудь фанатское «спасибо» или вопрос «когда выйдет наконец саундтрек? 10 лет уже ждем!».

С этого началась моя профессиональная карьера, потом пошли вечеринки, техно-музыка — тогда эстетика электронной музыки, которая исполняется автором, только начиналась. Я был одним из первых, кто играл собственную музыку на вечеринках: было очень страшно, потому что до этого играют какие-то классные пластинки, а тут я со своей музыкой. Но потом страх прошел, все было круто, я выиграл поездку в Red Bull Music Academy, это поставило меня на другой уровень, я узнал, что во всем мире много таких ребят, у меня появилось много знакомых, и тогда мне захотелось преподавать. Сначала я учил людей индивидуально – как-то ко мне пришла, например, поучиться Нина Кравиц, и мы сдружились и сделали проект Myspacerocket. С ним мы поездили по фестивалям, и тогда я захотел делать фестивали. Начал с вечеринок, работал арт-директором в разных клубах: это была музыка, это было ремесло, я оформлял настроение и танцы людей — давал им возможность убежать от реальности в танцы.



Потом меня стало интересовать современное искусство и театр, и я стал продюсировать для других людей. После я переехал на Бали и учил местных ребят, которые делали страшную музыку, — какой-то хэппи-хардкор. Я начал преподавать электронную музыку в одной диджейской школе: рассказывал, что происходит в мире, как вообще делать музыку, что такое аблетон, синтезаторы и все прочее. Так началась моя преподавательская деятельность для группы людей. Когда я вернулся в Москву, то основал свою школу DOS, которая переводится как digital oldschool. Смысл в том, что весь олдскул – и студийные приборы, и традиционные подходы перешли в цифру, и все, что сегодня нужно, – это компьютер. В нем ты можешь создавать свои миры.

Сейчас я интересуюсь педагогикой, езжу вожатым в творческий лагерь «Камчатка», где занимаюсь с детьми, преподаю в некоторых школах московских, веду учеников. Кроме этого разрабатываю курс для слепых детей, потому что появились контроллеры, которые позволяют им, не видя дисплея, но щупая этот интерфейс, создавать музыку. Следующий мой большой проект — профиль «Саунд-арт и саунд-дизайн» в Школе дизайна.

Мне интересно передавать знания и вдохновлять людей на создание музыки, раскрывать их творческую индивидуальность. Мне это нравится делать, и я воспринимаю это как своего рода произведение: если мой студент создал произведение, то в этом есть частичка меня, моего подхода, моего вкуса. А если я выпустил десять студентов, это как будто я целый альбом записал, а потом они создадут еще альбомы и еще альбомы, и я отношусь к этому как будто я создаю много музыки.

Но образование — это не только навыки и знания, но еще мотивация и структура. Много мотивации. Важно заинтересовывать и переманивать студентов на свою сторону, чтобы они получали удовольствие и кайф от работы над звуком, потому что, когда ты понимаешь, как музыка устроена, то слушаешь ее по-другому, и это приносит огромное удовольствие. Удовольствие и есть основная мотивация. Кроме, конечно, славы и денег.

К нам придут 18-летние подростки, частенько они немотивированные, а возможно, вообще не понимают, кто они и зачем. Наша задача – их сначала развлечь. Поэтому в первый год мы будем использовать много игровых механик. Например, чтобы сдать одну из дисциплин, тебе нужно божественно играть в Guitar Hero, а потом этот кнопочный контроллер сменится на реальную гитару. Прямо сейчас группа инициативных программистов создает для нас обучающую медиа-игру – студенты будут рубиться друг с другом, чтобы набрать необходимое для зачета количество баллов. Изучая танцевальную музыку, мы, конечно, будем танцевать. Так что наряду с большим объемом знаний и навыков, будет и много развлечений. Я уверен, что учебный азарт бывает не у всех — это скорее редкость, а игровой азарт есть у каждого, он в нас зашит для того, чтобы мы учились. Как щенята, играя друг с другом, на самом деле учатся охотиться: развивают скорость, координацию, мышцы. То же и с человеком: развлекая студентов, мы будем их учить, все сенсоры обучения будут напрягаться, и нейронная сеть будет работать на максимум.

На какой стадии развития музыкальная индустрия находится сейчас? Отличается ли мировая индустрия от российской?

Нет, не отличается. Сейчас вы заходите в Itunes и видите там топ-10 треков. Из них, как минимум, шесть созданы «домашними продюсерами» — теми, кто сидит у себя дома и делает музыку. Так что индустрия сейчас глобальна: интернет сделал все, включая знания, гораздо доступнее. Все доступно, но нет структуры и методики, поэтому люди хотят учиться, поэтому идут в университеты. Для того, чтобы куда-нибудь устроиться, и тебя серьезно воспринимали, нужно структурировать себя, структурировать свои знания.

Индустрия открыта. На данном этапе я представляю ее как человека с распростертыми объятиями: «давайте-давайте, идите сюда, сейчас все начнется!». На самом деле, музыка только начала что-то понимать про себя — если через тысячу лет мы посмотрим на сегодняшний день, он окажется только началом. Сейчас начинается самое интересное, все друг с другом что-то делают, коллаборируют, виды искусства протягивают руки друг другу и начинают танцевать вместе.

Профиль

Саунд-арт и саунд-дизайн

Студенты профиля изучают широкий набор практик работы со звуком: от прикладных навыков звукорежиссуры, композиции, музыкального продюсирования и создания пространственных мультимедийных инсталляций до тщательного концептуального исследования феномена с позиций эстетики, современной философии и теории искусства.

Как поступить