Цифровая метафизика Франка Бовэ

«Не подумай, что я закричу», Франк Бовэ, 2019
«Не подумай, что я закричу», Франк Бовэ, 2019

Экспериментальный фильм Франка Бовэ с нервическим заголовком «Не подумайте, что я закричу» был представлен в программе Берлинского кинофестиваля в 2019 году, вызвав противоречивые зрительские реакции. Лента, похожая на сеанс нарциссизма, составлена исключительно из коротких кадров чужих фильмов и пронзительного закадрового монолога режиссера о его переживаниях в личной жизни. Максим Селезнёв предлагает увидеть в фильме не только причудливую found footage исповедь, но важные свидетельства о всех нас, современных зрителях цифрового мира.

Перед нами 70-минутная хроника одной паники, растянувшейся с апреля по октябрь 2016 года, когда режиссер Франк Бовэ после расставания со своей любовью, запершись в загородном эльзасском доме, проводил все время за бесконечным просмотром фильмов в интернете. Начнем с неизбежной арифметики: Франк посмотрел «более 400» картин, из которых и сочинил собственное кино, вырезав по 3-4 секунды из каждого и наложив на них закадровый монолог, ретроспективно описывающий его сумрачные путаные чувства.

На самом деле фильмов здесь больше, чем 400, но как было удержаться и не спрятать в этой цифре, фигурирущей в первом титре фильма, «400 ударов» и Антуана Дуанеля? Самая известная эмблематичная сцена фильма Франсуа Трюффо — финальная; 14-летний Жан-Пьер Лео добегая до морского берега поворачивается к камере, потерянным мальчишеским взглядом смотрит прямо на зрителя.

«400 ударов», Франсуа Трюффо, 1959
«400 ударов», Франсуа Трюффо, 1959

И тем весомее этот легко читаемый шифр подросткового лица, что во всем фильме Франка Бовэ, среди мелькания сотен кадров почти не будет прямых взглядов и даже лиц, только тени, далекие контуры, люди и фильмы, увиденные со спины. По точнейшему замечанию кинокритика Алексея Тютькина: «Когда смотришь фильм, всегда смотришь в затылок».

Да, перечень картин, зрителями которых побывал Бовэ и к просмотру отрывков которых он предлагает присоединиться, их разнообразие и обилие странностей в выборе действительно поражает. Вынимаю лишь нескольких наугад — Масаки Кобаяси и Иштван Сабо, Джон Карпентер и Марсель Л'Эрбье, Станислав Ростоцкий и Джордж Миллер, Эми Сеймец и Эжен Грин, Николай Шенгелая и Ангела Шанелек... Вынимаю, впрочем, чтобы тут же о них крепко забыть. Присутствие перечисленных режиссеров в фильме Бовэ не очень-то угадывается, да он и не пытается заставить нас узнавать их, куда сильнее режиссера занимают его личные отчаянно обостренные переживания.

Превыше всех процитированных фильмов в «Не подумайте, что я закричу» — голос самого Бовэ, мерно раскачивающий свою депрессию. Самым эффектным кадрам присваивается до обидного прямая иллюстративная функция, удвоение сказанных слов, так что хочется сразу же уличить Бовэ в монтажной лености, если не в лености сердца (а впрочем, кто он, не покидающий дома и не отводящий взгляда от экрана синефил, запертый в своей болезненности и фильмах, как не своего рода Каспар Хаузер нашего времени?).

А тем не менее каждому из нас хорошо знаком тот импульс, который движет Франком Бовэ при монтаже. Та промелькнувшая в голове догадка, будто бы составленный плейлист, набор сохраненных скриншотов или просто лента в социальной сети говорит обо мне больше, чем я мог бы описать или показать сам. Нет, это не просто выражение моего вкуса и интересов, это я сам, моя душа, целиком высказанная на дне вот этой восхитительной песни. У Бовэ тоже прозвучит такая песня-талисман, I See A Darkness Бонни Билли, вот она:

Конечно, это чистый подростковый инфантилизм. Разновидность нарциссизма — склонность видеть собственное отражение на поверхности каждого блестящего трека/фильма и безнадежно влюбляться в него. Ведь какой ребенок-синефил не мечтает снять кино как у Бовэ, удивив возлюбленных и близких своей насмотренностью? Собственно многие и «снимают» его, собирая галереи скриншотов или хотя бы укладывая списки любимого кино. Самое время возмутиться — «почему-то никому не приходит в голову везти их на Берлинале, в программу которого попал фильм Бовэ!»

И все же каждого временами преследует это настойчивое ощущение, будто важнейшая сокровенная частица меня самого спрятана в песне из моего плейлиста и фильме моего списка. Разогнав иллюзии можно понять, что за этим ощущением стоит... объективная реальность. В виртуальном пространстве, внутри которого и разыгрывает свою синефилию Франк Бовэ, мы действительно оставляем след своего присутствия на аудио- и видео-файлах, которые запускаем. Частицу себя, цифровой отпечаток, прикосновение.

Видеоэссе Йоханнеса Бинотто о скриншотах как частных коллекциях-«повествованиях»

Чаще мы активируем тот или иной файл не для того, чтобы стать его зрителем/слушателем, но из желания стать видимыми под прицелом универсального software-зрителя. Не мы смотрим кино, оно смотрит и проявляет нас. Конечно, такое утверждение справедливо для любых форм искусства, в том числе и для просмотра фильмов в кинозале, но все же интернет дает нам кое-что принципиально новое. Непоколебимые факты нашего присутствия (если хотите — присутствия нашей души), основанные уже не просто на субъективных ощущениях, а записанные строгим языком программного кода.

«Не подумайте, что я закричу» — это сеанс саморазоблачения новой цифровой метафизики. Возможность застать в действии ее машинерию.

name

Максим Селезнёв

Преподаватель Школы дизайна, кинокритик, видеоэссеист, куратор кинопрограмм.

Подробнее

Читайте также

Кадры, проблески, заметки, наброски: дневниковые практики в документальном кино

Продолжаем серию текстов об экспериментальных формах документального кино материалом, посвященном дневниковому фильму. Дарина Поликарпова рассказывает о том как Йонас Мекас заложил основы направления, как режиссеры и писатели постоянно перепридумывают дневниковую практику, и как в последние годы в том же направлении работает HBO.

«Рассказанные жизни, прожитые истории»: автофикшн в документалистике

Что значит писать или снимать от первого лица? И во, что превращается «я», превращаясь в букву на бумаге или субъективный взгляд камеры в кинематографе? В новом тексте рубрики, посвященной экспериментальной документалистике, Дарина Поликарпова дает множественные ответы на эти вопросы, рассматривая практики Дерека Джармена и Шанталь Акерман, Никиты Лаврецкого и Росса Макэлви.

Мы используем файлы cookies для улучшения работы сайта НИУ ВШЭ и большего удобства его использования. Более подробную информацию об использовании файлов cookies можно найти здесь, наши правила обработки персональных данных – здесь. Продолжая пользоваться сайтом, вы подтверждаете, что были проинформированы об использовании файлов cookies сайтом НИУ ВШЭ и согласны с нашими правилами обработки персональных данных. Вы можете отключить файлы cookies в настройках Вашего браузера.