«Разговор — это исповедь». Видеоэссе о фильме Фрэнсиса Форда Копполы

«Разговор — это исповедь», Макс Толайн, 2021
«Разговор — это исповедь», Макс Толайн, 2021

В новой рубрике, посвященной самым примечательным образцам современной визуальной кинокритики, Максим Селезнёв рассказывает о работе американского исследователя Макса Толайна «Разговор — это исповедь», 4-минутном всматривании в одну из сцен знаменитого «Разговора» Фрэнсиса Форда Копполы.

Короткий ролик Макса Толайна под названием «Разговор — это исповедь», посвященный фильму Фрэнсиса Форда Копполы, пожалуй, один из эталонных образцов современной видеоэссеистики — а именно той части эссеистики, которую правильнее было бы назвать визуальной кинокритикой, анализирующей фильмы через перемонтирование самих фильмов. Эти четыре минуты могут стать идеальной точкой для первой встречи, знакомства с жанром, в последние годы переживающего новый расцвет.

«Исповедь» Толайна легко смотреть — вне зависимости от того, насколько хорошо вы помните копполовский «Разговор» и смотрели ли вы его вообще. Видео в любом случае запросто завладевает вниманием, завораживает изящными монтажными переходами — так фокусник управляет траекторией нашего взгляда «магическими» движениями рук:

В пластичности, которую приобретает экран у Толайна, раскалываясь на несколько сегментов...

...игриво рифмуя между собой разные сцены фильма...

...чередуя пустоту и заполненность кадра...

...текст и картинку...

...во всей этой оптической карусели — одно из ключевых свойств видеоэссеистики и источник его силы.

Некогда один из покровителей эссеизма Харун Фароки вынес в заглавие фильма примечательную формулу: «Wie man sieht». «Как видите». Не «послушайте» и даже не «прочтите», но прежде всего доверьтесь своим глазам, самоочевидности того маленького визуального аттракциона, который запустит для вас создатель видео. Те же самые тезисы о кинематографе Копполы можно было бы оформить в виде киноведческой заметки или произнести вслух, но именно подкрепленные зрительными образами, кадрами из фильма, мысли обретают особенную плотность и убедительность.

Толайн начинает свой рассказ с указания на несколько важнейших тем, которых касается Коппола в «Разговоре»:

Наблюдение

Главный герой истории, Гарри Коул — эксперт по слежке.

Медиация

На протяжении фильма мы часто видим людей через технические устройства.

Паранойя

Гарри Коул одержим конспирацией, скрывая от всех вокруг мельчайшие детали своей жизни.

Звук

Интрига фильма разворачивается вокруг аудиозаписи, сделанной Коулом по заказу.

Подкрепляя каждое из слов соответствующим кадром — буквы впечатываются в изображения, сливаются с ними в единое целое, так что у зрителя не должно оставаться сомнений в их справедливости. На протяжении всех четырех минут ролика, почти что каждое слово будет привлекать на свою сторону «вещественные доказательства» — подходящие кадры из «Разговора». Такая механика делает видеоэссеиста кем-то вроде технологически оснащенного конспиролога — человека, что из множества деталей и изображений фильма вычерчивает свою маленькую теорию; киноведческую теорию заговора. Дайте современному эссеисту файл фильма и на его примере он аргументировано докажет вам все что угодно.

Характерно для всего жанра и то, что Толайн избирает для анализа далеко не самую заметную и узнаваемую для сюжета сцену «Разговора» — исповедь Гарри Кола в католической церкви. Сперва эссеист задается исходным наивным вопросом — о чем эта сцена? для чего она вообще понадобилась Копполе? А затем шаг за шагом убеждает зрителя в том, что в именно здесь, в тесном пространстве исповедальни, в течение пары минут хронометража, которые вы вполне вероятно могли даже не помнить, здесь идеально сочетаются и выходят на поверхность все ранее упомянутые мотивы — наблюдение, медиация, паранойя, звук. После четырех минут «Исповеди» Толайна эта сцена уже едва ли выпадет у вас из головы при повторном просмотре или припоминании «Разговора», заняв если не центральное, то во всяком случае заметное место на ментальной карте фильма. Такой реконфуигурацией восприятия и занимается видеоэссеистика.

В сущности видеоэссист — это и есть Гарри Кол, персонаж Джина Хэкмана из «Разговора», мастер прослушки и наблюдения, страстный конспиролог на грани то ли раскрытия страшного заговора, а то ли умопомешательства. Четыре линии, названные Толайном как главные темы Копполы, едва ли не в большей степени разоблачают самого эссеиста, проговаривая все о его методе.

Наблюдение

О наблюдении, внимательном и многократном просмотре исходного материала и хищном внимании к крошечным деталям, из которых может возникнуть новое рассуждение и новое видео.

Медиация

О медиации, посреднической роли эссеиста между фильмом и зрителем.

Паранойя

О паранойе, кризисе зрения и восприятия, из тревожности которых пытается вывести нас критик.

Звук

О звуке или любом из слоев фильма, каждый из которых может стать областью изучения и поверхностью, требующей расшифровки, прикосновения специалиста.

Анри Бергсон когда-то говорил о живописи Уильяма Тернера: изображенное им небо существовало и до его картин, но лишь увидев их на полотне живописца мы начинаем фиксировать его в реальности. Точно так же последним титром Толайн признается: «Мы слышали все это раньше». И в самом деле, для всех смотревших фильм Копполы, эссе не дает никакой новой информации. Лишь сочиняет конспирологическую теорию, высвечивая один из скрытых мотивов — так же как Уильям Тернер некогда становился конспирологом рассветного неба.

«Разговор — это исповедь», Макс Толайн, 2021

name

Максим Селезнёв

Преподаватель Школы дизайна, кинокритик, видеоэссеист, куратор кинопрограмм.

Подробнее